Просмотров: 116
Спичка вспыхнула в ночи.
Не кричи. Помолчи.
То, что вспомнил, схорони.
И...
Впереди океан
Командир мой спокоен -
Безрассудство и риск у него не в...
На моем лугу корова ревет.
Видно, бык ее покинул, бандит.
Не жалей, буренка,...
Коротка наша жизнь, но бегут друг за другом года,
Яркий свет разменяем на...
Высоко, высоко, вольно
Пролетают в небе птицы,
Солнце их лучами ластит,...
Расцвели каштаны в Киеве весной
И прическа расцвела моя на воле
А я...
Бич, как выстрел. Я
Снова выхожу на круг,
Люди по краям
Будут мять опять...
Ты кручина из кручин,
Приходи меня лечить,
Зазвони в колокола,
Сядь...
К дому путь-дороженька
Далека,
Да трехрядка рвет меха -
Ох, лиха
С...
Зашуми ты, голова хмельная,
Зашуми и как бывало встарь,
А я как сивку-бурку,...
|
По Большому Сибирскому тракту
Далеко-далеко за Байкал
С двору от дому
Да во Катуй-тюрьму
По этапу кандальный шагал.
Год почти он пылил по дорогам
В холод, голод, полуденный зной.
На попутке крик
Да на поверке штык,
Рвал унижено шапку долой.
Пес-солдат до смерти бил,
Поторапливал в Сибирь.
Сей теперь сама да жни,
Муж теперь твой каторжник.
Арестанская тяжкая доля:
По коротким ночам не до сна.
Ох, и глубока
Бирюса-река,
Как острожная доля черна.
Гонят партию в землю глухую,
Во катуйский проклятый рудник.
Там плетьми свистият,
Там в тифу горят,
В небе крест, а свобода над ним.
Бур каленый тук да тук,
Да цепей кандальных звук.
Веселей, ребята, бей,
Сил, ребята, не жалей.
Истоптались тяжелые бродни,
Почернело младое лицо,
И засватанный
Вечной каторгой
На тюремное лег он крыльцо.
То не море-окиян -
Стонут души россиян,
По судьбе заверчены
Каторгою нерчинской.
|