Просмотров: 113
Я - Сэмен, в законе вор,
Сам себе я прокурор,
Беня Крик мне друг, сестра -...
В один из дней с улыбкой на губе,
В широком, как шаланда, экипаже
До...
Ша, братва, сейчас скажу
Вам без комплиментов.
И усвойте, фраера,...
Как стало ночью тихо на Фонтанах,
И у Лимана, и в ресторанах.
Отправил...
Виделось часто в сон беспокойный,
Как за далёкой рекой,
Под облаками,...
Голова гудит, словно вдрызг был пьян,
А в душе тоска сердце мучает.
По...
Прохудилися карманы,
Да зашить их некому,
Вот и шляюсь в стельку...
Ох и стерва ты, Маруся, ну и стерва!
Третий год мне, падла, действуешь на...
Баловалась вечером гитарой тишина.
Сумерки мерцали огоньками сигарет,...
Этот маленький оркестрик
Не даёт стоять на месте,
Ну, скрипач, давай...
|
Я срок переходил.
Под сердцем плод тяжёлый.
Боюсь, что мёртвое
Рожу теперь дитя.
А доктора мои - ханыги и пижоны,
Им не понять самим, чего они хотят.
А коль стихи умрут,
Свет белый не обидев,
Так для чего живёт
Тот, кто грешил в ночи,
Тот, кто ласкал перо,
В нём женщину увидя,
И кто, прикуривая, пальцы жёг
На пламени свечи?
Стихи стучатся в мир
Доверчиво и властно,
Они ломают кость
И выгрызают плоть.
Но не родиться им -
Все потуги напрасны,
И леденит мне грудь
Сыновнее тепло.
Я схваток не боюсь,
Как избавленья жду их
От всенощных моих
Болезненных толчков.
Я не хочу нести
Кладбищенскую тую
На холмик мертворожденных стихов.
Всё к лучшему идёт:
Идущий да обрящет.
Но что обрящет он,
Во мне сидящий плод?
А телефон молчит,
И пуст почтовый ящик -
У докторов моих
Полно других забот.
|