О, сладкий миг, когда Мелькор
Вверх дном поставит Валинор,
И скажет: \"Нас им не понять,
Пойдем, Гортхаур!!!\".
Он любит песни и вино,
А платье у него черно,
Поскольку он по Валинору
Носит траур.

Весь Валинор сей факт сбивает с толку,
Но Мэл сказал, что это ненадолго.
Что гложут, мол, его противоречия,
А в целом строй порочен и увечен.



Я рассказал бы, будь речист
Как Мэл отбрил идеализм.
И доказал, что никакого Эру нету.
Что Эру - опиум для масс,
И потому не любит нас
Вся наркомафия
Из Светлого Совета.

Что эльфы Илуватару - не дети.
Что мы за беспризорников в ответе.
Что Запад не однажды нам насолит.
Но путь у Средиземья - свой, особый.

Как рукоплещет Валинор -
Ведь речь толкает Феанор.
Он против Белой Гвардии,
Против Черных Сотен.
Какой талант,
Какой напор,
Им Восхищался сам Мелькор,
И собирал коллекционные работы.



На Феанора Мэл смотрел с улыбкой,
И говорил: \"Друзья! Какая глыба!
Какой матерый эльфище, однако!
Красиво может говорить, собака!\".

Как хорошо, о боже мой,
Заняться классовой борьбой
В назревшем кризисе труда
И капитала.
Уже Низы мечи точат,
А все свое Верхи кричат:
\"Ведь здесь, мол, Рай,
Чего ж вам, гадам, не хватало!\".

Что коммунизм есть просто власть Совета...
Плюс источенье Деревами света.
Но мы с Мелькором поняли друг друга,
И каждому воздали по заслугам.