Просмотров: 76
Am Н F E7 Am
Не торопи. Всему свой срок. Не торопи меня ни в...
Не уходишь. Нет. Не упрекаешь.
Как песок, сквозь пальцы протекаешь....
Неприметный, словно атом,
нашей Родины гонец,
я иду по этим Штатам,...
Нида, малая точка на Куршской косе,
где - ах, кабы я мог! - навсегда бы...
Оголила за окном верба веточки,
потянулись за моря гуси-уточки......
6/8
Gm D7
Опочившую юность хоронить не спеши,
...
Орлы, забияки, кусаки,
по волнам пустив матерка,
гуляли по Дону...
Осенний воздух музыкой пропах,
Глотает мир оранжевое зелье,
А над...
От обыденного сора, от мелочей дня,
белорусские озера - спасите...
Отменим Вселенский Собор,
оставим банальные фразы,
поедем в...
|
Утехи плоти надоели.
Дурит погода.
Мне тридцать пять. И до дуэли
всего два года.
Не юн, не резок, не бедов,
сижу - итожу:
сменился год, а Бенкендорф
остался тот же.
Плетет узилище паук
для мошки юркой.
Ему что кандидат наук,
что камер-юнкер.
А впрочем, так ли он и плох?..
Он, как и встаре,
лишь рычажок в руках эпох
и государей.
Пуржит и вьюжит. И вдали
несутся бесы.
Моей курносой Натали
не до Дантеса.
Она своей планиды плуг
влачит послушно.
Ни нянек у нее, ни слуг -
семья да служба.
Все меньше истинных побед
перо мне дарит.
Зато мы званы на обед
у государя.
Там платьев шелест. Сабель звон.
Там каждый - Цезарь.
Там надо всем и в каждом он -
мой царь и цензор.
Его сметет посмертный рой
судов суровых,
а зря: он лишь играет роль -
свою, цареву.
Он мне сует открыл тщету,
он лаской дарит,
и я на неплохом счету
у государя...
Жизнь истончившейся паутинкой
скользит по датам.
Взрослеют дети. До поединка
рукой подать уж.
Ах, женка, женка, - небось, обрыдла
любовь поэта?
На жженье света, на ржанье быдла -
плевать на это.
Что нам судилище людское:
укол - не боле.
А коли быть тебе Ланскою -
так Божья воля...
|